.RU

C. В. Попов Идут по России реформы






C.В.Попов


Идут по России реформы...

(размышления невольного участника)


Если Вы такие умные,

то почему строем не ходите?

(Из старого армейского анекдота)

Предисловие для журнала "Кентавр"


В стране происходят бурные перемены и кипят политические страсти. Это все знают. В стране существуют методологи, которые являются "очень умными" людьми - это кое-кто знает1. У знающих возникает вопрос - почему же методологи, так умно говорящие на играх про ситуацию в стране, не внесут, наконец, порядок в смятенные умы сограждан и не ответят на извечные вопросы: Кто виноват и Что делать? Вот и редакция "Кентавра" попросила переделать в статью мои подготовительные материалы к играм по вопросам экономики, государства и тому подобного. Вот что получилось.

Конечно, многие суждения в тексте могут вызвать возражения методологов, - я на это надеюсь. Может быть, получится дискуссия.

Короткое методологическое введение

Жанр размышления, в котором рождались приведенные ниже тексты, относится скорее всего к анализу ситуации. Каковы методологические предпосылки такого типа рассуждений? При анализе ситуации знание, которое методолог должен получить, не может быть знанием, которое мы привыкли получать при научном исследовании. Под научным знанием я буду понимать знание, которое соорганизуется в систему сообразно объектной области (онтологии) и имеет атрибутивную структуру /1/. Инженерное же знание (в частности проектное и управленческое знание) устроено иначе - оно имеет дистрибутивный (распределенный) характер /2/.

Понятие ситуации имеет отношение как раз к инженерному подходу и, следовательно, структура ситуативного знания (знания о ситуации; необходимо отличать от знания в ситуации) совпадает со структурой инженерного знания. Ситуативное знание имеет эклектический характер: в нем сочетаются знания различных типов; соорганизация же и принципы упорядочения знаний в совокупности знаний о ситуации зависят от субъекта ситуации, его целей и проектов, от природы обстоятельств, его окружающих. Знание о ситуации имеет, как минимум, три компоненты: "плацдарм" или набор "плацдармов", - место, на котором разворачивается ситуация; движущиеся на этом плацдарме "фигурки" (силы, позиции, роли - в различных предметизациях); и "правила" их движения (правила могут быть и не похожи на привычные правила: это могут быть ограничения на действия и передвижения, ресурсные ограничения, возможности расчета и способности к размышлению "фигурок" и пр.). Кроме того, комплекс знаний о ситуации имеет ограниченный срок жизни, это "одноразовое знание" - оно существует до тех пор, пока существует субъект ситуации со своими целями и проектами, а обстоятельства можно считать неизменными. Исходя из сказанного, мне представляется ясным, что значительное количество людей оказываются вне знания о ситуации и ее (ситуацию) не видят, поскольку не являются активными действующими лицами. Они представляют собой либо инертный социальный материал, либо страдающую от активности действующих сил сторону, и в ситуации они участвуют как обстоятельства. Возможности же их активного участия зависят от проясненности плацдарма и точности постановки целей. Естественно, что уже действующие на плацдарме силы делают все, чтобы привлечь наибольшее количество людей к своим целям и задачам, - отсюда политический обман, формирование идеологии, искажение обстоятельств и картины плацдарма. Ясно также и то, что для различных типов активных субъектов (позиций) ситуация будет выглядеть по-разному.

Методологическая же задача анализа ситуации (в отличие от политической) состоит в том, чтобы построить пространство целеобразования исходя из трех не зависящих от современных политических пристрастий условий: естественных (органических) возможностей и внутренних стремлений того общественного образования (комплекса образований), с которым мы имеем дело; исторически сложившихся внешних и внутренних условий и горизонтов; пространства идеальных сущностей (идей, понятий, способов мышления), которые единственно могут использоваться для оформления пространства целеобразования.

Путь нашего движения будет состоять в том, чтобы за видимыми и "очевидными" обстоятельствами нашей жизни выделить стоящие за ними понятия и соотнести их с реальностью, которая будет выявляться и схематизироваться отдельно. Вопрос о том, как схематизируется реальность, мы здесь рассматривать не будем ввиду его проблемности (ответ на него зависит от философских ориентаций). Укажу лишь на то, что достаточно (для получения знания о ситуации) правдоподобные схемы ситуации получаются при правильном выборе базовой категориальной схемы и большой практике участия в общественной жизни с постоянной проблематизацией возможных оснований для схематизации. Я предполагаю, что практика методологических игр, консультирования руководства госпредприятий, государственных органов, коммерческих новообразований, постоянное проникновение в новые профессиональные области и непрекращающиеся попытки схематизации ситуации придают достаточную степень правдоподобия схемам реальности, которые я буду использовать.


^ Первая характеристика ситуации


В качестве первой характеристики ситуации, мы должны, по-видимому, назвать изменение общественной жизни в стране. Это очевидно; все это чувствуют. Но проблема состоит в том, чтобы правильно определить характер изменений. Это имеет существенное значение, так как дает указание на категории, которые будут использованы для схематизации ситуации. Вполне возможно, однако, что очевидность изменений - поверхностная, существенных изменений не происходит, все остается по сути своей неизменным. В этом случае нам придется ответить на вопрос, что же является сущностным и не меняется.

Самое распространенное определение для характеристики ситуации - "переходный период". За этим определением следует, естественно, тезис о том, куда именно осуществляется переход2. Наиболее общее мнение - осуществляется переход к рынку (к господству экономических отношений). Другая версия (или стремление, - в политической жизни это часто неразличимо) состоит в том, что происходит "возрождение" чего-то (России, духовности, "нормального" состояния общества и т.д.). Третья версия состоит в том, что страна переживает "смутное время" и через какое-то время старый порядок восстановится. Все эти варианты - переход, возрождение и смутное время - предполагают заранее известное конечное состояние общества. При этом предполагается, что этот переход можно осуществить усилиями людей или он может осуществиться естественным путем: достаточно лишь убрать соответствующие препятствия. Все эти варианты сомнительны с точки зрения жизни общественных структур, но являются доминирующими как в среде политиков, так и среди различного рода ученых и специалистов. Поэтому нам в ходе анализа ситуации необходимо ответить на ряд вопросов: что это за конечные состояния: рынок, "подлинная Россия" (или естественное состояние общества), старый (естественный) порядок?; возможно ли и при каких условиях достижение этих конечных состояний?; что получится при попытках их достичь?

Существуют также и другие версии "не переходного" характера, не столь распространенные в политическом обиходе (но это не значит, естественно, что в них меньше правды, скорее наоборот). Одна из них - суть происходящего состоит в развале империи, просуществовавшей 1000 лет, на обломках которой должны создаваться совершенно иные региональные (не путать с государственными) структуры3. Это означает, что для той государственности, которая существовала до этого момента наступил исторический конец и пытаться ее восстанавливать или воспроизводить - дело бессмысленное и реакционное (в смысле антиисторическое). Другая версия - "катастрофическая" точка зрения, согласно которой страна неостановимо катится к национальной катастрофе, из которой нет выхода. Эту возможность вот уже шесть лет усиленно эксплуатируют все политики, но глобальная катастрофа почему-то не возникает (может быть пока? или ее вообще не будет?). Поэтому необходимо исследовать и вопрос о том, что такое катастрофа для советского общества и при каких условиях наступает. В этом случае главными желаемыми характеристиками изменений становится возможность "выживания" или остановки нежелательных изменений (стабилизация).

Возможны еще два варианта определения характера происходящих изменений. Первый рассматривает их как естественную фазу в процессе становления новой формации - коммунистического строя. Этой точки зрения придерживается А.А.Зиновьев /3/. Второй вариант - рассмотрение изменений как исторических, т.е. не имеющих определенного конечного состояния и не подчиняющихся прямым действиям людей. Каждое следующее состояние - сложный синтез многочисленных действий людей и собственной логики исторического процесса. Оба эти варианта не требуют определения конечного состояния (хотя первый указывает на тип формации, но не на конкретное состояние, т.к. неизвестно, каким будет коммунизм).

Существует еще одна точка зрения, правда, распространенная в узких кругах (преимущественно методологических). Она состоит в том, что всякую ситуацию необходимо превращать в ситуацию развития. Здесь налицо явный идеологический перенос принципа самоорганизации коллективов и отдельных людей, использовавшийся в ОДИ, на общественные образования. Дело в том, что проблема использования понятия развития состоит в необходимости адекватно понятию определять объект развития. В самом этом объекте уже должен содержаться "зародыш" будущего образования. Выявить этот "зародыш", не зная, "кто он" и в кого он превратится, практически невозможно. Поэтому искусственно-техническое отношение к возможностям развития может состоять только в том, чтобы создавать условия, но не определять самое развитие. Это означает, что идея развития может быть очень сильной идеей самоорганизации конкретных людей (в каждом из которых безо всяких оснований, на основании одних лишь гуманистических принципов, предполагается зародыш "хорошего"), но чрезвычайно сомнительной в анализе общественных процессов. Идея развития безусловно может применяться при анализе общественных явлений, но только в ретроспекции, когда мы уже выделили конечную, развитую форму, и прослеживаем в истории путь ее развития. В актуальном же анализе она практически не работает - мы не можем выделить зародыш без наличия развитой формы. Второй аспект проблемы использования понятия развития состоит в том, что единицу, "подозреваемую на развитие", как правило, невозможно выделить из целого системы4.

Перечислив таким образом возможные варианты определения (категоризации) процессов изменений, попробуем ответить на вопрос - а что же изменяется? То, что изменяется, мы будем называть в дальнейшем "советским обществом". Но названия, естественно, недостаточно, необходимо определить его внутреннюю структуру и способность (возможности) изменения. При этом я буду использовать специфические схемы, позволяющие осуществлять расчет возможных вариантов изменения системы. В этом, как мне кажется, основной смысл работы методолога по анализу ситуации: понимание сворачивается в структурные схемы, допускающие расчет вариантов.


^ Глава 1. Структура советского общества


Введение


При попытке описания сложившейся структуры советского общества мы немедленно столкнемся с двумя трудностями.

Во-первых, прошло еще очень мало времени, события советского периода истории России еще не обрели естественной исторической перспективы, еще слишком много человеческой боли, ненависти, памяти, еще не угасли надежды реванша, мести, восстановления справедливости. Поэтому неизбежно происходит искажение ретроспективы, желания разрушить дотла ненавистное, принесшее горе человеку и его близким, или восстановить попранное, - из личного однозначно переносятся на политическое и историческое "самоопределение". Необходима смена целого поколения, пока через хитросплетения человеческих драм и судеб начнет просвечивать нить исторического пути. Поэтому большинство нынешних политических представлений, устремлений и программ имеет скорее эмоционально-личностую подоплеку и окраску, нежели историческую и реалистическую оценку, которая должна лежать в их основании.

Во-вторых, - практически полное отсутствие исследований, посвященных анализу общества, в котором мы жили и живем. Отсутствие общественной мысли в течение долгого времени создали удивительный мир мифов и фантастических представлений о советском обществе.

В качестве первого из них стоит назвать представление о том, что кто-то (Партия, бюрократия, КГБ и т.п.) угнетает порабощенный народ. Такое представление сразу дает прямой и легкий ответ как осуществить реформу и почему она не получается. Чтобы провести реформу, надо отобрать власть у угнетателей (свергнуть "тоталитарый режим"), передать ее народным представителям, восстановить "нормальный" порядок жизни - и все будет хорошо. А не получается она потому, что свергнутые ("консерваторы", коммунисты, "красно-коричневые", бывшая номенклатура, бывшие чекисты и пр. мешают и саботируют). Это представление мало что говорит об обществе и возможностях его изменения, а при реализации приводит к непрестанной политической грызне и попыток решения всех проблем за счет замены людей. Второе - фантастическое представление о "системе", которой дают разные названия: "административно-командная система", "затратная экономика" и пр. - современный читатель может назвать не менее десятка подобных названий, придуманных публицистами. Но поскольку ни из одного из этих названий не видно, может ли эта система быть изменена, как и в каком направлении, весь "анализ" сводится к непрерывному обругиванию "системы" и народа, который в ней почему-то живет и не разрушает ее радостно. Из этого представление следует, что "систему необходимо разрушить". На вопрос - что будет дальше и появится ли что-то новое и откуда - не отвечают.

Я не буду дальше перечислять бытующие представления, поскольку их главная черта - фантастичность. После неудачи реформ 60-х годов в среде интеллигенции стало бытовать мнение, что вот, дескать, "политэкономии социализма нет", поэтому как его реформировать, неясно. Во времена перестройки даже эта постановка вопроса была забыта и политическая жизнь началась без ответа на вопрос - в какой стране живем и что ей нужно. Армия экономистов (до этого момента преподававшая политэкономию К.Маркса и обосновывавшая социализм) и политологов (занимавшихся политпросвещением, преподаванием научного коммунизма, режиссурой и пр.) во мгновение ока заполнила вакуум знания своими выдумками и создалось впечатление, что все уже известно, надо только быстро и решительно действовать (тем более, что "враг не дремлет").

Тем не менее, попробуем отстраниться от "злобы дня" и построить схему, в которой собрались бы основные черты общества, в котором мы живем и были бы видны направления его возможного изменения.


^ Схема


(Методологическое замечание. Излагаемая ниже схема является результатом: а) анализа истории организации советского хозяйства и социальной сферы; б) попыток проблематизации и последующего синтеза (конфигурирования) экономических, социологических и пр. представлений; в) рефлексивного анализа пятилетней практики игр. Конечно, появление подобной схемы и наполнение ее (и других, приведенных в этом тексте схем) фактическим материалом должно было бы быть результатом специальных исследований и дискуссий различных обществоведов. Но в силу фактического отсутствия и квалифицированных исследований и дискуссий в обществоведении, схемы появляются в методологических разработках. Их большой недостаток - исследовательская необеспеченность. Их большое достоинство (в сопоставлении с представлениями экономистов, "политиологов" и пр. публицистов) в том, что они правдоподобны (эмпиричны) и "расчетны" - на них можно рассчитать последствия многих реформаторских действий. Но с этими схемами и обращаться нужно соответственно: не думать, что они изображают то, что есть "на самом деле", а понимать, что это - схемы для организации размышдения по определенным поводам.

Введение этих схем в тексте делается "как бы исторически", но это скорее для сокращения времени и риторического удобства. И хотя за этим введением стоит определенная историческая и методологическая версии, они в этом тексте не излагаются.)

Вопрос о том, что определяет силу (конкурентноспособность) государства и выбор модели промышленности.

Советское общество в его современном виде стало складываться в тридцатых годах. В конце двадцатых годов стало ясно, что надежды на мировую революцию не оправданы, стране придется выживать самостоятельно, и единственный шанс на выживание состоит в том, чтобы стать сильной державой. Исходя из этого, необходимо было определить, что в современном мире определяет силу державы5. Подготавливая программу индустриализации, советское руководство посылало группы инженеров и специалистов в развитые страны (прежде всего в США и Германию), ставя задачу определить, какая модель промышленности обеспечивает максимальную мощь страны. Была выбрана модель США с небольшими изменениями: базу составляли черная металлургия, тяжелое машиностроение, крупные электростанции и энергосистемы, транспортная инфраструктура, основанная на железнодорожном транспорте. Такая модель наиболее подходила России с точки зрения советского руководства, она и была положена в основу программы индустриализации.

Уже после того, как начала разворачиваться программа индустриализации в СССР, в США произошли сильные изменения: депрессия 30-х годов вызвала смену промышленной модели - стали усиленно развиваться цветная металлургия, химическая промышленность, автомобильный транспорт, системы связи, электронная промышленность, сфера обслуживания, легкая промышленность и пр. Но практически до 70-х годов наши специалисты этих изменений не замечали. Они фиксировали лишь поверхностные изменения, и к старой модели добавлялись временами новые заводы: например, с 60-х годов стали строиться химические заводы и заводы по производству электроники. Базовая же модель не изменилась до настоящего времени.

Условия, в которых пришлось создавать промышленность

Создание современной промышленности на базе выбранной модели должно было происходить очень быстро и в советских условиях. Это означало, что вся промышленность создавалась только государством, создавалась одновременно (практически сразу - за 10 - 20 лет) и в неэкономической среде. Такой темп строительства промышленности требовал фактически полного подчинения всех сил страны на решение этой задачи, а полное подчинение задаче такого масштаба требовало изменения социальной структуры общества и устранения самостоятельных экономических образований. Основными препятствиями на этом пути были культурные, социальные и экономические институты (про институты см. ниже). Институты давали человеку значительную независимость от государства и обеспечивали воспроизводство разнообразных и целостных форм жизни. Строящейся же машине необходим был однородный, ни к чему не прикрепленный человеческий материал. Поэтому разрушение институциональных форм жизни стало главной задачей нового строя: уничтожалась церковь, институт собственности, университеты, наука (кроме технической), национальные институты культуры и пр. и пр. Были даже попытки уничтожить институт семьи. В результате должна была произойти тотальная пролетаризация населения. Массовые репрессии были связаны в первую очередь с выведением из общества всех носителей институциональных форм, - был даже такой точный термин: "социально чуждый элемент". Необходимо также указать, что основным двигателем репрессий и пролетаризации населения были не репрессивные органы (НКВД, ГПУ), а уже пролетаризированный социальный слой: в деревне комбеды составляли списки кулаков и раскулачивали крестьян, создавали колхозы (сотрудники ГПУ вмешивались только "по сигналу"), доносы на писателей и ученых писали писатели и ученые, доносы на директоров предприятий писали их заместители ... В этом смысле "очищение" общества в значительной мере происходило изнутри, хотя было инициировано и поддерживалось властью. для решения задачи индустриализации невозможно было использовать и "достижения" НЭПа. Среда, созданная в годы НЭПа, основанная на мелкой торговой, ремесленной и крестьянской буржуазии, не могла стать средой промышленной революции: естественный ход становления крупной современной промышленности растянулся бы на десятилетия, потребовав, в том числе, смены власти. Поэтому "мелкая буржуазия" подлежала ликвидации, а реализовать программу предстояло организационным путем: через создание сильных партийно-государственных структур.


^ Первая характеристика советского общества: производственная моноструктура


Названные обстоятельства определили характер советского хозяйства. Вся страна при индустриализации рассматривалась как территория одной большой фабрики, а строящиеся заводы - как производственные узлы. Итак, советские предприятия в своем большинстве не предприятия по своему устройству. Более точно определять их как производственные узлы. Производственный узел целиком встроен в индустриальную систему, на нем может производиться продукция любой степени технологического передела и потом отправляться на другой производственный узел для дальнейшего доделывания. Номенклатура изделий также произвольна, складывается исторически (от постановления до постановления), и часто советское предприятие производит совершенно случайный (по отношению к его специфике - территориальному расположению, технологическим возможностям и пр.) набор изделий. Предприятие же в экономической системе отношений - это единица, в которой соразмерно соотносятся технологический цикл производства, экономическая организация среды (возможность продавать продукт производства, соотнесенность с возможносями поставок и продаж, возможности изменения объема производства, номенклатуры изделий и пр.) и структура организации предприятия и возможности его управления. Поэтому попытки превратить производственный узел в предприятие за счет изменения среды может привести только к уничтожению и его, и всего его потенциала (см. ниже). Положение усугубляется тем, что при создании советской системы промышленности на определенном этапе победила точка зрения автаркизма и каждая отрасль стала создавать по возможности автономные системы жизнеобеспечения (иногда вплоть до собственных энергосистем, систем связи и производства продуктов питания для своих сотрудников). Поэтому каждая производственная единица связана с отраслью и системами жизнеобеспечения, и в случае попыток разрушения производственной системы выживают как раз отрасли и производственные сверхгиганты, сохраняя тем самым структурную модель промышленности.



Рис. I, а. Производственные узлы, связанные отношениями производст­венной кооперации (отраслевая ор­ганизация хозяйства).


В идеологии превращение страны в фабрику стало выражаться как появление "житниц" страны (специализированные на производстве зерна регионы), "Магниток" (регионы, специализированные в металлургии) и т.п. В результате стала складываться гигантская мономодельная, индустриально организованная система производства (рис. 1, а). Под индустриально организованной системой я буду понимать разделение и организацию сфер производства по типу производимого продукта, что очень близко к организации трестов в Европе в конце XIX - начале XX века (я думаю, оттуда и была взята эта система организации). В СССР это стало называться министерствами: министерство создавалось каждый раз, когда надо было производить новый вид продукта и в его ведение передавались (или строились для него) все предприятия производственной цепочки по производству данного продукта.

^ Проблема управления хозяйственной моноструктурой

Естественно, возник вопрос о возможностях управления так организованной промышленностью. Дело в том, что система жестко связанных между собой поставками и номенклатурой изделий производственных узлов практически неуправляема. Каждый производственный узел в этой системе столь же "управляем", как узел в двигателе автомобиля - он работает только в пределах заданных параметров и изменению, тем более самопроизвольному, не подлежит. Даже для небольшого изменения в ней необходимо пересчитывать и переделывать практически все. Легче на свободном месте построить все заново. Так, собственно, и делали. Поэтому до конца 80-х годов строительство оставалось главным способом создания новых видов продукции. Но растущие масштабы промышленной системы потребовали управления ею - хотя бы для использования ее потенциала и ресурсов для нового сторительства. Военно-репрессивные методы работают в ней (и то в ограниченных масштабах) только в период строительства и создания, а для проектирования и обеспечения функционирования сложных технологических систем нужны специалисты, по отношению к которым применить однозначные критерии очень трудно, а иногда невозможно. Хотя в советской истории был такой период, когда это пытались делать, но отличить саботаж специалиста от ошибки или от технологических пределов системы часто практически невозможно и это стало ясно уже к концу 30-х годов.

^ Вторая характеристика советского общества: централизованное распределение

Поэтому с середины тридцатых годов наряду с репрессивным механизмом стала складываться оригинальная система управления появляющимся индустриальным "монстром". Она состояла в создании отделенной от производственной системы самостоятельной системы распределения и перераспределения продуктов производства. Весь управленческий "фокус" состоял в том, чтобы эти две системы не совпадали. Если распределительная система не совпадает с требованиями производственной кооперации внутри индустриальной системы, управляющий обеими системами получает возможность произвольно создавать дефицит или избыток ресурсов, заставляя таким образом индустриальную систему изменяться в нужном направлении6. Таким образом, поверх монопроизводственной индустриальной системы создается распределительная сеть (рис. 1, б)7.




^ Рис. 1, б. Система распределения, созданная поверх производственной кооперации


С точки зрения социальной организации это означает создание двух равномщных социальных машин (о них ниже), постоянно конкурирующих и конфликтующих друг с другом, но сожительствующих на одной территории и на одном материале.

^ Управление хозяйством

Для решения постоянных конфликтов и предотвращения "сращивания" производства и распределительных систем необходима третья сила, которая бы обладала самостоятельными целями по использованию обеих социальных машин и самостоятельным механизмом самовоспроизводства, независимым от них. Такой силой стала КПСС с ее системой номенклатуры, партийной дисциплиной и ответственностью и прерогативой на кадровые перестановки. Окончательно распределительная система оформляется в 60-е годы в связи с прекращениями репрессий в административном аппарате промышленности. Госплан, Госснаб, Госкомцен, министерства становятся звеньями системы распределения, теряя постепенно свои старые функции расчета, планирования и создания производственных структур. В качестве управляющего звена выделяется высший аппарат партии (КПСС), а аппарат партии среднего уровня (обкомы, горкомы и райкомы) становятся основным механизмом согласования постоянного конфликта между распределительной и производящей системами. Основными методами управления индустрией становится новое строительство и перераспределение.

^ Третья характеристика советского общества: трудовые коллективы

Кроме вопроса управления производственными системами неизбежно встает вопрос о том, как заставить людей работать в неэкономической системе. Военно-репрессивные методы в такой же степени, как и в промышленности, исчерпывают себя по мере усложнения системы, и, соответственно, роста профессиональной дифференциации. Задача была решена с помощью административного прикрепления людей к производственным единицам (прописка) и создания системы распределения основных благ (жилье, медицина, отдых, детские сады и пр.) только через так называемые "трудовые коллективы" на предприятиях. Степень зависимости человека от принадлежности к трудовому коллективу была столь высока, что КГБ в семидесятые годы могло наказывать диссидентов только одним фактом его увольнения с работы и фактическим запретом работать где-либо еще. Человек терял практически все возможности социальной жизни (вплоть до жилья) и находился под постоянной угрозой уголовного преследования за тунеядство. В результате возникла совершенно специфическая структура социальных отношений. Материалом для строительства этих отношений стали пролетаризированные "массы", превратившиеся в "совслужащих", - людей, ничего не имеющих и не умеющих (это не нужно - главное в этой жизни - "влиться в коллектив"). Люди, принужденные к совместному проживанию в коллективе, через который производится распределение практически всех жизненных благ, стали образовывать специфически советские социальные структуры8.

Основные отличия трудовых коллективов от других видов социальных образований состоит в том, что пребывание в нем вынужденное, а отношения между людьми опосредованы их отношением к производственной и распределительной структурам. В результате возникает и "узаконивается" возможность постоянного вмешательства коллектива в жизнь (в том числе личную) его членов. В условиях принудительного совместного проживания ничего не имеющих и ничем не связанных людей естественно возникают социальные эффекты, специфичные, например, для тюрем и концлагерей (уголовная структура с "паханами", "шестерками" и пр.), армии ("дедовщина" - так называемые "неуставные отношения") и других аналогичных образований, а именно постоянная борьба за лидерство, за место у распределительного "краника", подавление и эксплуатация более слабых, борьба за выживание группировки, борьба с другими социальными группами, разделение людей на "своих" и "не наших" и пр. Для придания этим эффектам управляемого характера возникла сложная система регулирования "морального климата" в коллективах. Она включала постоянную идеологизацию всех аспектов социальной жизни9, регулирование распределения благ и определения производственных задач коллектива. Эти задачи осуществляли партком, профком, комитет комсомола, эти же функции входили в обязанности администрации (в восьмидесятые годы были созданы еще и Советы трудовых коллективов). В результате социальная структура стала сращиваться со структурами организации производственных единиц и с самим производством (рис. 1, в). Коллектив, заинтересованный в своем сохранении, стал препятствием на пути каких бы то ни было изменений своей производственной единицы или своего учреждения.



Рис.1, в


Таким образом, советская хозяйственная система сформировалась к семидесятым годам. Она устраивала большинство населения. Но для дальнейшего анализа нам понадобится выделить еще два аспекта ее жизни, которые для самой системы вторичны, но впоследствии приобрели большое значение при попытках ее перестроить. Я имею в виду деньги, т.н. "теневую экономику" и территориальное деление. Дополнительные характеристики: деньги, теневая экономика и территориальное деление.



Рис.1, г


Деньги. Деньги, просуществовав несколько лет в виде нэповского червонца, стали препятствием на пути осуществления будущих программ индустриализации, поскольку вводили свои законы распределения ресурсов в народном хозяйстве и обеспечивали независимость производителей от государства. Поэтому уже в конце 20-х годов деньги стали уничтожаться, заменяясь постепенно двойной системой расчета: через специально введенные расчетные единицы в Госбанке, зависящие от системы расчетных коэффициентов в промышленности и так называемых "рабочих квитанций" для покупки товаров населением.

Расчетные коэффициенты, превращенные в расчетные единицы (безналичные рубли). В самом начале осуществления программы индустриализации для специалистов Госплана встала проблема: каким образом осуществлять планирование сложной индустриальной системы - как рассчитывать переход одного вида продукции в другой? Существовали две точки зрения: одна состояла в том, что планировать необходимо в так называемых "натуральных показателях", каждый раз осуществляя расчеты по производственным цепочкам, другая заключалась в том, что необходимо ввести единый расчетный коэффициент. Сторонники натуральных показателей в планировании указывали, что ввести расчетный коэффициент невозможно, поскольку его значение будет зависеть от неопределенных и искусственных факторов: политики, появления новых предприятий, изменения структуры производства, от разницы в технологиях и, самое главное, от того, какие цепочки выбраны для расчета. Их противники указывали на то, что планировать в натуральных показателях невозможно ввиду фантастического объема расчетов и перерасчетов, которые для этого необходимо произвести. В результате борьбы, сразу принявшей социально-политический характер, победили сторонники расчетного коэффициента. Сторонники натуральных показателей частично были репрессированы как "враги народа", а частично раскаялись в своих ошибках. Почти сразу же оказалось, что сторонники натуральных показателей были правы хотя бы в том, что единого коэффициента быть не может. В практику стали вводить дифференциацию расчетов: появились "инвалютный рубль" и "СЭВовский рубль", а внутри страны были установлены многочисленные ограничения на расчеты. В дискуссиях начала перестройки экономисты насчитывали до полутора десятков видов "безналичных денег", перерасчеты между которыми жестко ограничивались и контролировались Госбанком. К деньгам это, конечно, отношения не имело.

Система расчетов через коэффициент была введена, а поскольку расчеты производились через Госбанк", коэффициенту было присвоено имя "рубль". Появилась возможность каждому производимому продукту присваивать "цену". Но поскольку "цена" зависела от массы факторов, создали специальный орган - Госкомцен, который устанавливал "цены" на производимую продукцию, разрабатывая в своих институтах неимоверное количество нормативов. Те, кто вводил эту систему в 30-е годы для удобства Госплана и создаваемой советской индустрии, знали природу "рубля", но в последующие годы они были уничтожены или уволены во время борьбы с культом личности, и о природе этого "рубля" стали забывать. В духе веяний первой волны экономизма в 60-е годы его стали называть "безналичными деньгами".

Рабочие квитанции. Первоначальная идея ликвидации денег подразумевала полное их изъятие из оборота и замены на талоны, в соответствии с которыми рабочий или служащий мог получить соразмерное труду количество продуктов. Но в условиях большой страны это оказалось слишком сложно и решение нашли более простое и эффективное: основные блага стали распределять через предприятия, а мелкие - через магазины. Не надо при этом думать, что советские магазины занимались действительно торговлей: до недавнего времени существовали (и до сих пор существуют в несколько измененном виде) так называемые планы социально-экономического развития каждого города и поселка - и в них подробно, по каждому виду товаров народного потребления (ТНП) указываплось, сколько чего на душу населения выделяется. Поэтому магазины и торговля в советском хозяйстве скорее относились к системе распределения с некоторой свободой выбора распределяемого продукта. Соответственно этому выпустили некоторое количество рабочих квитанций, - основное их отличие от денег состоит в том, что их количество точно совпадает с выпущенной в магазины и сферу услуг массой "товаров" с заранее определенными "ценами". По традиции и рабочие квитанции стали называться "деньгами", но только "наличными". Оборот наличного рубля регулировался чисто административными способами: отделениям Госбанка указывалось, сколько и когда выпустить или изъять наличности. Баланс между количеством циркулирующей наличности и количеством ТНП составлялся совершенно отдельно от "безналичности". До сих пор бытует мнение, что количество денег должно соответствовать количеству товаров. Это скорее рецидив несчастного прошлого наших экономистов, рассчитывавших межотраслевые балансы и прочие фиктивные показатели. В структуре экономических отношений деньги являются знаковым выражением интенсивности обращения товаров, а не их массы, - да и то только в "классическом капитализме", которого лет сто как нет в природе (см. главу про экономические отношения).

Понятно, что коэффициент пересчета и рабочая квитанция имеют друг к другу весьма неопределенное отношение, зависящее, например, от социальной политики правительства. Но тем не менее, в 60-е годы, после поездки Н.С.Хрущева в Америку, откуда он привез не только кукурузу, но и экономистов (что, как оказалось, имеет гораздо более плачевные последствия - см. гл. 2) советскому хозяйству стали применяться названия, взятые из экономики: предприятие, деньги, прибыль, рентабельность и пр., в результате чего окончательно "забыли" о разнице между деньгами, расчетными коэффициентами и рабочими квитанциями. Все это стало деньгами.

^ Теневая экономика. В системе всеобщего распределения естественно неизбежны сбои: все случаи жизни предусмотреть невозможно . В условиях, когда работал механизм репрессий и жизнь системы обеспечивалась все новыми планами грандиозного строительства, недостатки распределительной системы компенсировались жесткими рамками страха и ожидания хорошей жизни по окончании строительства (восстановления). Но в 70-е годы стал возникать другой механизм компенсации недостатков всеобщего распределения. Его породили реформы Н.С.Хрущева. Дело в том, что идеи материального стимулирования трудящихся, расчета "прибыли" и "рентабельности" производственных единиц (социалистических предприятий) дали возможность превращения расчетного коэффициента ("безналичных денег") в "наличные" за счет премий и прочих выплат, никак не соотносящихся с произведенной массой ТНП. Очень скоро это стало очевидным, и контроль за выплатой наличных восстановился. Но осуществляться это стало не прямо, а опосредованно (уже тогда стали мешать представления о советском хозяйстве как экономической системе), - через планы социально-экономического строительства, "титулы" в проектах и сметах строительства (где указывалось, какой процент от стоимости строительства может быть выплачен в виде зарплаты), наряды, тарифные ставки и штатные расписания и прочие многочисленные документы. Каналы прямого превращения "безналичности" в "наличность" были перекрыты, но осталось множество лазеек и способов "утечки". Через них и началось вторичное распределение, которое в период "застоя" приняло массовый характер: коэффициенты не обновлялись, многие остались неизменными с 30-х годов, жить и работать по ним было просто невозможно, поэтому приписки, фиктивные премии, неучитываемое производство стали разрастаться и создали то, что позже стало называться "теневой экономикой". В большинстве случаев это вторичное перераспределение не было преступлением по сути дела, оно вызывалось элементарной производственной необходимостью. Поэтому даже взятки давали не для того, чтобы лично обогатиться, а чтобы республики, области, города и заводы нормально существовали, получая сырье и оборудование. В этом смысле это была не коррупция, а вторичное распределение, охватившее практически всю страну. На этом фоне стали формироваться и чисто уголовные организованные структуры, уже не ставящие себе задачи поддержания производства или состояния городов. Но отличить их друг от друга при существовавшем (и поныне существующем) уровне законодательства практически невозможно. Это хорошо понимали практические работники; защищал их от судебных преследований номенклатурный принцип. Первый раз он был нарушен с приходом к власти Ю.В.Андропова, а затем - в делах, которые стала вести группа Гдляна. Такого рода дела сейчас прекращены, и не только по политическим причинам, но и по чисто прагматической: пришлось бы привлечь к ответственности почти все взрослое население страны, - за покупку ворованного бензина на обочине у водителя государственного грузовика, за получение незаконно начисленной премии или зарплаты за невыполненную работу и т.п. Но это положение дел, конечно, сильно развращало население.

Однако постоянные истерики прессы про "мафию" в середине 80-х годов были вызваны в основном политическими мотивами: каналы коррупции (там где они существовали), практически полностью совпадали с административно- распределительным устройством. Поэтому выявление каналов нелегального движения доходов и распределения благ совпадало с дискредитацией руководящей группы (причем целиком). Организованной преступности, отделенной от государства и общества - собственно "мафии", почти не существовало. В своем собственном виде и в массовом масштабе организованная преступность начинает создаваться только в 80-е годы, причем в значительной степени некомпетентными (иногда просто бессмысленными) действиями новых правительств.

^ Территориальное деление. Естественно, что построить совершенно однородную систему в масштабах всей страны оказалось делом невозможным и бессмысленным. В дополнение к отраслевой организации производства и "социальной сферы" стали складываться территориальные образования. Создавались они по такому же принципу, как и вся система: производственные узлы с "социальной сферой", районный (городской, областной) центр распределения, районный (городской, областной) комитет партии. Основным критерием при создании территориальной единицы являлся "количественный состав парторганизации". А он в первую очередь зависел от наличия производств: в территориальных парторганизациях (в партийных организациях по месту жительства) состояли только пенсионеры и инвалиды. Поэтому территориальное устройство СССР организовывалось согласно планам строительства индустрии. Сложившиеся территориальные общности могли не учитываться (или учитываться "с обратным знаком" - "расформировать, чтобы не мешали") при изменении границ. При строительстве новых городов и освоении регионов главным был принцип размещения производств. И если освоение новых территорий в начале века в России начиналось с того, что на новое место прибывали в качестве представителей государства военный начальник (для охраны поселенцев), школьный учитель и священник, то в советское время освоение начиналось с создания парторганизации, затем на новое место прибывали заключенные и "добровольцы" - комсомольцы, - они строили производственный узел, "не нуждаясь" в жилье и прочих удобствах, затем при заводах строилось жилье, создавалась минимальная городская инфраструктура и Указом создавалась территориальная единица: город, район, область. В семидесятых годах этот способ ведения хозяйства был обоснован "научно" советскими экономистами и получил название ТПК (территориально-производственные комплексы). Некоторые стали акадкмиками и член-корреспондентами, многие - докторами и кандидатами наук.

В результате такого строительства за полвека создалась довольно запутанная система отношений между Центром и территориями. Большинство производств подчинялось центральным ведомствам, но, находясь в городе и области, они вынуждены были иметь дело с местными властями, тем более, что все заводские парторганизации подчинялись городскому или областному комитету партии. Бюджетные средства городов и областей всегда были минимальными, все ресурсы были, как правило у предприятий. Предприятия строили себе жилье, детские сады, клубы, базы отдыха, больницы и пр. Город и область всегда находились в зависимости от предприятий. Постоянный конфликт между территориями и ведомствами, которым принадлежали предприятия опять-таки решала Партия. Это был еще один, хотя и менее мощный, способ управления хозяйством.

Таким образом, структурную схему на рис. 1, г надо рассматривать как единицу социалистической организации жизни. Часть такого рода единиц прикреплялась к территориям, другая часть создавалась поверх них и была экстерриториальна, но все они взаимно проникали друг в друга и зависели друг от друга - через распределительные сети, через производственную кооперацию, через партийную организацию . В дальнейшем я буду называть эту систему социально-производственной системой.

Таким образом, мы построили первое представление о сложившейся системе советского общества. Но прежде чем пытаться ответить на вопрос о возможностях его изменения и трансформации, мне придется специально разобраться в том, почему у российской интеллигенции в очередной раз произошла потеря чувства реальности и началась погоня за фантомами. Действительно, при анализе и разворачивании приведенной схемы получается, что термины, которыми сейчас пытаются характеризовать советское общество: "плановая экономика", "тоталитарный режим", "административно-командная система" и многие другие, мягко говоря, неадекватны. А кроме того, многие термины и понятия, привнесенные, например из экономики, - мы с этим уже столкнулись при анализе денег в советском обществе,- оказываются чуждыми той реальности, которую с их помощью пытаются описать. Отсюда следует, что для дальнейшего анализа нам необходимо выработать адекватные реальности понятия, но сначала отметить и проанализировать сам факт, - во-первых, несоответствия понятий, функционирующих в общественном сознании, реалиям жизни, и во-вторых, - отсутствия понятий, необходимых для анализа и фиксации реального положения дел. Поэтому следующая главка будет называться так:



budushee-rossijskih-trudovih-resursov-rabota-trudovaya-migraciya-i-problemi-ispolzovaniya-inostrannoj-rabochej-sili.html
budushee-visshego-obrazovaniya-v-rossii-rinochnie-mehanizmi.html
budushee-zhizn-kak-vzmah-krilev-babochki.html
budushij-predprinimatel.html
budut-li-nahoditsya-rossijskie-pogranichniki-na-afgano-tadzhikskoj-granice-na-igle-okolo-6-millionov-zhitelej-rossii.html
budvnictvo-7-i-poverhovogo-28-i-kvartirnogo-odnosekcjnogo-zhilogo-budinku-stni-z-cegli.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/kursovaya-rabota-po-discipline-ekonomika-organizacii-predpriyatiya.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/avtorskij-menedzhment-konsalting.html
  • apprentice.bystrickaya.ru/vsya-sila-rossii-v-glubinke-trud-sergeev-aleksej-25042006-73-str-5-gosduma-rf-monitoring-smi-25-aprelya-2006-g.html
  • lesson.bystrickaya.ru/priroda-v-okrestnostyah-nikolinoj-gori-chast-5.html
  • klass.bystrickaya.ru/58-ispolnenie-obyazannostej-nalogovogo-agenta-a-v-kasyanov-vsyo-o-malom-predprinimatelstve.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/utverdit-generalnij-plan-dmitrievskogo-selskogo-poseleniya-paninskogo-municipalnogo-rajona-voronezhskoj-oblasti-soglasno-prilozheniyu-stranica-10.html
  • crib.bystrickaya.ru/k-chitatelyu-stranica-13.html
  • nauka.bystrickaya.ru/voprosi-ekologii-na-urokah-fiziki-chast-5.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/prepodavanie-literaturi-v-shkole.html
  • gramota.bystrickaya.ru/znachitelnim-uspehom-suvorova-sajt-voennaya-literatura.html
  • tests.bystrickaya.ru/literatura-l-k-graudina-idoktor-filologicheskih-nauk-professor.html
  • grade.bystrickaya.ru/metodicheskie-ukazaniya-i-kontrolnie-zadaniya-dlya-studentov-zaochnikov-chitinskogo-lesotehnicheskogo-kolledzha-2008-g.html
  • literature.bystrickaya.ru/breshi-v-sushestvuyushih-merah-primenitelno-k-tipam-ekosistem-putyam-rasprostraneniya-i-vektoram.html
  • college.bystrickaya.ru/20-osnovi-psihoterapii-201-obshee-ponyatie-o-psihoterapii-uchebniki-uchebnie-posobiya-n-v-seredina-d-a.html
  • report.bystrickaya.ru/istoriya-magii-i-okkultizma-stranica-37.html
  • teacher.bystrickaya.ru/fizika-parag-51-uprazhnenie-kratkie-itogi-glavi-2-zapisat-anglijskij-yazik-10a-skopinceva-m-v.html
  • nauka.bystrickaya.ru/voprosi-k-ekzamenu-disciplina-ekonomicheskaya-i-socialnaya-geografiya-zarubezhnih-stran.html
  • institut.bystrickaya.ru/tema-2-kultura-pervobitnosti-uchebno-metodicheskij-kompleks-dlya-studentov-fakulteta-zhurnalistiki-minsk.html
  • abstract.bystrickaya.ru/-122-metod-amortizacii-prikaz-ministra-finansov-respubliki-kazahstan-ot-21-iyunya-2007-goda-217-ob-utverzhdenii.html
  • essay.bystrickaya.ru/bud-gotov-k-trudu-i-oborone-pamyat-proshlogo-stuchitsya-v-segodnya-vse-delo-v-pamyati.html
  • books.bystrickaya.ru/dzhordzh-frankl-stranica-14.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/sekciya-ekonomicheskoj-teorii-nauchno-issledovatelskaya-rabota-studentov-materiali-58-j-nauchnoj-studencheskoj-konferencii.html
  • shkola.bystrickaya.ru/psihologicheskoe-soderzhanie-pedagogicheskoj-tolerantnosti-kak-professionalno-vazhnogo-kachestva-uchitelya.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/tehnologiya-prodazhi-hleba.html
  • tests.bystrickaya.ru/koncepciya-proekta-federalnogo-zakona-ob-obyazatelnom-ekologicheskom-strahovanii.html
  • control.bystrickaya.ru/emil-azhar-strahi-carya-solomona-stranica-11.html
  • assessments.bystrickaya.ru/diplomi-budut-podgotovleni-na-anglijskom-yazike.html
  • desk.bystrickaya.ru/osnovnie-pravovie-sistemi-sovremennosti-chast-6.html
  • crib.bystrickaya.ru/gosudarstvennij-reestr-vserossijskih-loterej-chast-ii-stranica-70.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zakonodatelnie-akti-subektov-rossijskoj-federacii-77.html
  • reading.bystrickaya.ru/kontrolnie-voprosi-i-zadaniya-osnovi-specialnoj-psihologii-ucheb-posobie-dlya-stud-sred-ped-ucheb-zavedenij-l.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/pravitelstvo-sankt-peterburga-informacionnij-byulleten-administracii-sankt-peterburga-14-715-25-aprelya-2011-g.html
  • thescience.bystrickaya.ru/govorenie-rech-i-mishlenie-sprechen-reden-und-denken-makkenzen-l-m15-nemeckij-yazik-universalnij-spravochnikper.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/rekomenduem-sleduyushij-plan-rassmotreniya-kazhdogo-metoda-priznaki.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/tema-3-sistema-organov-ispolnitelnoj-vlasti-v-rossijskoj-federacii-programma-disciplini-pravovoe-obespechenie.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.