.RU

Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике - страница 15



Дополнительное расследование по своей структуре неодно-

9 Зак 348

241

родно. Оно может включать в себя проведение только допйлтщ-тельных, т. е ранее не проводившихся следственных действий. Они вписываются в рамки заключительного этапа, который как бы расширяет в данном случае свои границы. Это не по-вторное следствие, как полагают указанные авторы, поскольку имеется в виду работа, ранее не выполнявшаяся. Но дополни­тельное расследование иногда требует и повторного проведе­ния тех или Иных, следственных действий то ли в силу допу­щенных процессуальных нарушений или тактических ошибок, то ли потому, что ранее они проводились в других целях и в силу этого их результаты страдают неполнотой. Такое рассле­дование действительно является повторным в буквальном смысле слова.

Повторным будет и производство по расследованию нерас­крытых преступлений прошлых лет. Однако и в этом случае оно состоит, по нашему мнению, только из двух этапов — вто-рого и третьего, так как начальный этап, отличающийся, как мы указывали, не перечнем следственных действий, а усло­виями их проведения, повторен быть не может.

Таким образом, в содержание заключительного этапа всходят:

1) процессуальные действия по завершению производства расследования;

2) дополнительные следственные действия, проводимые по ходатайству обвиняемого или его защитника, указанию надзи­рающего прокурора или начальника следственного подра'зделе-ния органа внутренних дел, а также по определению распоря­дительного заседания суда;

3) повторные следственные действия, проводимые по тем же основаниям, а также в связи с возобновлением производст­ва по приостановленному или прекращенному делу, возвраще-нием дела со стадии судебного разбирательства или после дт-мены приговора; ч

4) организационные и организационно-технические меро-приятия, необходимые для завершения расследования.

Естественно, что в каждом конкретном случае содержание заключительного этапа будет определяться задачами расследо-вания, и не обязательно, чтобы наличествовали все перечи­сленные элементы. Приведенный перечень является по своему составу максимальным, *

^ ОБНАРУЖЕНИЕ ПРИЗНАКОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Закон связывает возбуждение уголовного дела и все после­дующее производство по нему с обнаружением признаков пре­ступления. В общей форме, видимо, точнее бь?ло бы, говорить

242 ч

об обнаружении признаков возможного преступления, по­скольку одни и те же признаки бывают свойс-Твенны как пре­ступному, так и непреступному деянию. Это учитывают Г А. Густов. и В. Г. Танасевич, когда определяют признаки пре­ступления как «определенные факты реальной действительно­сти, представляющие собой следы / преступления, указываю­щие на возможность (курсив наш. — Р. Б.) совершения кон­кретного преступления» .

Признаки преступления могут относиться к любому эле­менту состава преступления, но обычно их соотносят со спосо-бом совершения и сокрытия преступления «При изучении ме­тодики расследования отдельных видов преступлений, — пи­сал С П Митричев, — следует обращать внимание на типич­ные признаки, имеющие криминалистическое значение, на осо­бенности данного вида преступлений,- выражающиеся в спосо­бах совершения преступлений, характерных следах, оставляе­мых на месте преступления, преступных связях, профессио­нальных и преступных навыках преступника, то есть на всё то, что является типичным, общим и включается в криминали­стическую характеристику преступлений»46.

Между признаками преступления и способом его соверше­ния и сокрытия существует обоюдная связь: по признакам су­дят о способе, знание способа позволяет максимально Полно обнаружить признаки его применения, а через способ и приз­наки в совокупности — и событие в целом. «Раскрытие тайны многих преступлений, — пишет Н А Селиванов, — предста­вляет собой нелегкую задачу, требующую от следователя зна­чительных усилий, сосредоточенности, большого профессио­нального и житейского опыта В схематическом виде эта зада­ча сводится к тому, чтобы познать прошедшие события по ог­раниченному числу признаков, порой весьма малозаметных. По образному выражению известного русского юриста В. Слу-чевского, труд криминалиста подобен труду палеонтолога, вос­станавливающего флору и фауну давно минувших веков по ископаемым остаткам вымерших растений и животных»47.

Как последствия преступления, его отпечатки в окружаю­щей среде, признаки преступления могут носить материаль­ный и идеальный характер (отображения в сознайии челове­ка) Воспользовавшись классификацией признаков хищений, разработанной Г. А. Густовым и В Г Танасевичем48, и допол­нив ее, можно предложить следующие классификации призна­ков преступления

А. По содержанию, признаки приготовления к преступле­нию, его совершения, сокрытия и признаки использования ре­зультатов преступления.

Б. По месту проявления: проявляющиеся на месте, престу­пления или на месте происшествия (если эти- места не совпада­ют); проявляющиеся на иных местах, проявляющиеся в мате-

2^3

риалах государственных и общественных организаций; про-являющиеся в быту и личной жизни преступников и их свя­зей; содержащиеся в данных о других преступлениях или про-и&нествиях.

В. По связи с событием преступления: непосредственно указывающие на возможное преступление; признаки инсцени­ровок и иных способов сокрытия преступления.

Г, По связи с предметом доказывания: оцениваемые как прямые доказательства; оцениваемые как косвенные доказа­тельства (к их числу относятся и улики поведения).

Д. По отношению к процессу отражения: необходимые и случайные.

Йризнаки преступления могут быть обнаружены трояким путем. Во-первых? путем проведения оперативно-розыскных мероприятий, предшествующих возбуждению уголовного дела. Во-вторых, их могут обнаружить граждане, а также предста­вители различных государственных и общественных организа­ций при проведении проверочных и контрольных мероприятий и т. п. В-третьих, — непосредственно следователем, прокуро­ром и судом". В большинстве случаев данные о признаках пре-ступления входят в состав той исходной информации, которой располагает следователь или орган дознания к моменту воз­буждения уголовного дела и начала расследования.

Поскольку криминалистическому учению о признаках по­священ специальный раздел первой части настоящей работы, здесь целесообразно рассмотреть лишь такие вопросы, как воз­можность установления способа совершения преступления по его признакам, распознание признаков инсценировок и значе­ние улик поведения как признаков преступления.

Утверждение возможности установления по признака^ преступления способа его совершения и наоборот стало оби­ходным и в следственной практике, и в криминалистической литературе. Так, об «опознании» способа следователем по признакам преступления пишет Э. 'Д. Куранова49. У Я, М. Козицина мы читаем: «Назвать признаки хищений, даю­щие основание к возбуждению уголовного дела, можно, исходя из знания тех или иных способов, применяемых расхитителя­ми»50, Подобные суждения типичны для работ по криминали­стической методике.

Но что значит установить по признакам преступления спо­соб его совершения? Идет ли речь в этом случае о родовом или видовом понятии способа или об установлении индивиду­ально-определенного способа, применение которого свойствен­но конкретному субъекту?

Прежде всего отметим, что характеризовать способ совер­шения преступления может только комплекс определенных устойчивых признаков его применение Следует согласиться с С. С. Куклянскисом, который отмечает, что «одни и те же

244 /

признаки до выявления их комплекса Могут указывать на со­вершение преступления различными способами»51. Однако да­же наличие комплекса признаков не дает основания для кате­горического суждения об индивидуальной определенности ис* пользованного способа совершения преступления, Г- Г. Зуйков (1970) прав, утверждая, что повторяемость способа совершения преступлений, обусловленная изменяющимся составом детер­минирующих факторов» не может быть абсолютной и неизмен­ной, а приобретает ту или иную полноту совпадающих призна­ков в зависимости от ситуационно определяющейся совокупно-сти детерминирующих факторов и что признание аналогично-сти повторяющихся способов совершения преступлений на ос­нове совпадения некоторого количества их признаков в двух и более преступлениях может иметь условный характер.

В аспекте криминалистической методики, на наш взгляд, можно Говорить об установлении по признакам преступления лишь родовой или видовой принадлежности сдособа его совер­шения. Уже в этом можно обнаружить черты определенной ти­пизации и признаков, и устанавливаемых по ним способов, ха­рактерной и требуемой именно для криминалистической мето­дики. (

Когда мы говорим об индивиду ал ьно-определенном способе, то имеем в виду, что несколько преступлений совершено таким способом, признаки которого позволяют утверждать, что субъ­ектом этих преступлений является одно и то же лицо, т. е. фактически ведем речь об идентификации преступника по спо-собу совершения или сокрытия преступления. Нам предста­вляются убедительными доводы Г. Г Зуйкова, считающего, что это возможно только в довольно редких случаях: а) при наличии в способе действий совокупности видовых признаков, образующих сочетание, повторение которого в действиях дру­гих лиц маловероятно, и б) при наличии признаков, индиви­дуализирующих преступников. Однако вызывают сомнения его представления об идентификации самого способа соверше­ния преступления, являющейся основанием для вменения ви­новному всех преступлений, совершенных одним и тем же спо-собом, отразившим индивидуальные признаки конкретного субъекта. Эти представления заключаются в следующем.

Способ совершения преступления может быть отождест­влен по совпадению совокупности признаков, отраженных в ^ учетно-регистрационных материалах. Само же отождествле-ние может быть осуществлено только следователем на основе совокупности доказательств, имеющихся в деле, в том числе и заключений экспертов, производивших исследования отдель­ных объектов, относящихся к сдособу совершения преету-

со

пленил .

Возникает вопрос: в какой процессуальной форме осущест­вляется и отражается отождествление способа совершения

245

I

преступления следователем? На этот вопрос Г, Г. Зуййов от­вета не дает.

Если отождествление производится на основании' учетно-региетрационных данных, то неясно, почему вывод о тождест­ве делает не сотрудник регистрационного аппарата, как это имеет место при идентификации по дактилоскопическимхкар-там, а следователь. Мы полагаем, что здесь допущено противо­речие, которое Г. Г. Зуйков оставил неразрешенным.

В данном случае следователь производит не отождествле­ние способа, что можно отнести к компетенции регмстрацион-но-учетного аппарата, а оценку его вывода о тождестве в сово­купности с другими доказательствами по Делу, относящимися к этому обстоятельству. Результаты такой оценки в конечном счете излагаются им в обвинительном заключении. Другое де­ло, если бы Г. Г. Зуйков утверждал, что одних только учетных данных недостаточно для идентификации способа. В этом слу­чае еще можно было бы говорить о его следственной иденти­фикации; однако при избранных им посылках такое решение, по нашему мнению, исключается.

Обратимся к рассмотрению второго из поставленных нами вопросов — распознанию признаков инсценировок престу­пления.

Мы уже отмечали, что инсценировка преступления есть от­ражение мнимого события и по отношению к событию, скры­ваемому инсценировкой, носит характер ложного отражения. Признаки инсценировки связаны с событием преступления опосредовано — через способ сокрытия преступления, который в низе проявляется.

Обычно признаки инсценировки именуют негативными об­стоятельствами, имея в' виду' их несоответствие подлинному отражению преступления, Так, В. А. Овечкин по этому поводу замечал: «...в инсценированной преступником обстановке ме­ста определенного события остаются обстоятельства, противо­речащие предположению следователя о ходе события —- нега-* тивные обстоятельства, обнаружение которых может свиде­тельствовать о наличии инсценировки»53. Цо все ли признаки инсценировки являются негативными обстоятельствами и всегда ли негативные обстоятельства свидетельствуют об инс­ценировке события? v

При фальсификации материальных следов мнимого собы­тия преступник может изменить положение вещей на месте преступления, унести оттуда или принести туда те или иные предметы и т. п. Однако, являясь признаком инсценировки, все эти изменения могут не быть расценены следователем как не­гативные обстоятельства по отношению к подлинному собы-тивд^ если они не противоречат его представлению об обычном механизме этого события. >

Дело в том, что событие может протекать по-разному и в то

Щ ' - ; " ' ;' .• ' • - .'. - ' .••',.• '" . •

же время каждый раз о6|л^ным, т. е: заур#д*1ъ*м, встречаю­щимся в жизни путем. Следователь не всегда однозн,ачйо представляет себе- течение событий {отсюда и множественность версий на начальном этапе /р^сследовгшйя, т. е, тогда* .у^ещй обычно обнаруживаются инсценировки) и его последствий Одно и то же с уголовно-правовой точки зрения событие може* протекать по-разному и оставить разные следы, причем эгг# следы так же могут расцениваться и как следы преступления, и как следы изменения обстановки, не связанные с ним. По­ясним сказанное примером.

Совершено убийство. Потерпевший оказывал сопротивле-ние, в ходе которого были повреждены некоторые предметы обстановки. Эти повреждения позволяют сделать дывод о ме-ханизме преступления. Но убийство могло быть совершено тем же способом и также с преодолением сопротивления потерпев­шего, однако предметы обстановки при этом могли остаться неповрежденными. И третий вариант: потерпевший непосред­ственно перед посягательством на него случайно уронил цве­точные горшки с подоконника и они разбились. Это обстоя­тельство никак не было связайо с последующим событием пре­ступления, но его последствия вполне могут быть расценены и как признаки борьбы, и как изменения обстановки/не связан­ные с убийством. ' \

Аналогичная ситуация возможна и при инсценировке Нре-ступления. Инсценированный признак вполне может соотве*'-ствовать представлению следователя о ходе подлинного, скры­ваемого инсценировкой, события и не расцениваться им к*ак негативное обстоятельство, хотя фактически он .будет призна­ком не действительного события, а инсценировки. Точно так же не все обстоятельства, расцененные как негативные и дей­ствительно противоречащие представлению следователя об обычном ходе вещей в данной ситуации, на самом деле явля­ются признаками инсценировки. -,

Инсценируется кража из помещения первого этажа, имею­щего неоткрывающиеся окна и дверь с врезным замком. Ис­полнитель инсценировки разбивает оконное стекло,, имитируя тем самым проникновение в помещение через окно, и оставля­ет прикрытой, но не запертой входную дверь («преступник ушел через дверь»). При осмотре обнаруживается, что взлом окна произведен изнутри помещения. Может ли этот факт рас­цениваться как негативное обстоятельство, указывающее на инсценировку? Да, может. Но теперь представив* себе иную картину события.

Кража действительно соверщена. Преступник проник в по­мещение через дверь, скажем, воспользовавшись выкраденны* ми ключами, которые он впоследствии вернет на мес'то. Дверь за собой он прикрыл, но не запер. По каким-то причинам 'о# йё смог покинуть помещение, уйдя через дверь, и вьтуясде?4 был

. • • . ' 'т

выдавить изнутри стекло и вылезть через окно. Обстоятель­ство, расцененное как Негативное, теперь таковым не является

Более того, обстоятельство действительно может быть нега­тивным по отношению к картине подлинного события и в то же время не быть признаком инсценировки. На это правильно указывает С И. Медведев, который перечисляет случаи, когда возможны подобные неверные оценки обстоятельств события.

«Нельзя, однако, считать, — пишет С. И. Медведев, — что негативнее обстоятельства, выявленные в процессе расследо­вания (а чаще уже при осмотре места происшествия), говорят только об инсценировке. Это мнение может создаться в случа­ях, если: 1. Неправильно объяснены их существенные связи с событием преступления. . Негативные обстоятельства могут появиться в деле в результате случайных причин, не связан­ных с преступлением, или внесены впоследствии лицами, не имеющими отношения к этому происшествию. . 2. Позитивное обстоятельство хотя причинно связано с событием преступле­ния, но под воздействием других причин, как имеющих, так и не имеющих связи с событием, трансформируется в негатив­ное... 3. При совершении совокупности преступлений признаки и обстоятельства одного из них могут переплетаться, смеши­ваться с признаками другого преступления и будут ему проти­воречить. Разграничив же преступления, можно дифференци­ровать и обстоятельства»54.

Из сказанного следует вывод* негативные обстоятельства не исчерпывают собой всего круга признаков инсценировки, поэтому ее разоблачение требует не простого сопоставления инсценированной обстановки места с представлением о том, как это место должно было бы выглядеть, если бы здесь дей­ствительно произошло инсценированное событие. Необходим детальный анализ самой инсценированной обстановки, вы­яснение и проверка всех связей между ее элементами, обнару­жение признаков искусственности этих связей и т п., т. е. опе­рации по разоблачению инсценировки «изнутри», исходя из дефектов и просчетов, допущенных исполнителем инсцени­ровки при реализации своих замыслов55. Это особенно важно при разоблачении инсценированных инсценировок престу­пления.

Инсценирование инсценировки заключается в том, что пре­ступник, совершив преступление, затем создает обстановку, наводящую на мысль, что преступления совершено не было, а оно инсценировано. Действия преступника при этом выража­ются в нарочитом преувеличении следов подлинного события, добавлении к ним инсценированных следов, создании типич­ных признаков инсценировки. Так, совершив действительно кражу, преступник затем инсценирует все атрибуты «грубой работы» вора, нетипичные для действительной кражи: нано­сит явно не вызывающиеся необходимостью повреждения

248

предметам обстановки, учиняет демонстративный беспорядок и т. п.

С. И. Медведев неправильно раскрывает смысл инсцениро­вания инсценировки, иллюстрируя его таким примером- «Со-вершив кражу из магазина, преступник создает признаки, по которым было бы видно, что произошла не кража, а хищение ценностей материально ответственным лицом, инсценировав­шим кражу»56. Но здесь нет инсценирования инсценировки, это обычная инсценировка другого преступления с целью скрыть преступление, имевшее место в действительности.

От ложных инсценировок следует отличать ошибочное представление о наличии инсценировки, якобы скрывающей иное преступление Последнее бывает тогда, когда обстановка места происшествия ошибочно расценивается как инсцениро­ванная и выдвигается версия о совершении преступления, ко­торого в действительности не было и которое якобы скрывает­ся этой мнимой инсценировкой. Известен случай, когда на ме­сте происшествия в магазине следователь обнаружил взломан­ный дверной замок и лужу водки на полу торгового зала. В ма­газине была обнаружена недостача водки. Обстановка была расценена как инсценированная с целью создания видимости кражи для сокрытия предполагаемого хищения. В действи­тельности оказалось, что водку украли подростки, содержимое бутылок частично вылили в торговом зале магазина, а частич­но на улице, посуду сдали, а на вырученные деньги приобрели радиодетали.

Е. В. Варанов (1977) удачно связывает возникновение приз­наков инсценировки преступления со стадиями процесса инс­ценирования — созданием мысленной модели инсценировки в сознании правонарушителя, реализацией замысла и подготов­кой аргументации на случай разоблачения инсценировки. Со-ответственно возникновение признаков инсценировки на пер­вой стадии связано с неправильным представлением о харак­тере инсценируемого события, с незнанием закономерностей следообразования, на второй стадии — с неточностями при реализации замысла, на третьей стадии — с ошибками, харак­терными для первых двух стадий, и несоответствием объясне­ний инсценировки.

Не представляется возможным привести исчерпывающий перечень признаков инсценировки. Пожалуй, можно лишь ска­зать, что признаки инсценировки в целом характеризуются своей демонстративностью, избыточностью или явной недоста­точностью, разнородностью, т. е. принадлежностью к разным системам признаков различных видов преступлений.

Признаки инсценировки могут быть и признаками скрывае­мого преступления, поскольку свидетельствуют о способе егЬ сокрытия. Такуф же двойную роль могут играть и так назы­ваемые улики поведения.

249

Под уликами доведения в теории уголовного процесса пони­мают либо «действия обвиняемого» направленные на Сокрытие истины... с целью набежать ответственности за совершенное им преступление»57, либо «поведение обвиняемого после со-/ вершения преступления, обусловленное фактом совершения им преступления»58, либо «действие или бездействие обвиняе­мого (подозреваемого), которое, не входя в состав преступле­ния, может оказаться причинно связанным с его совершением, а потому указывает на возможную причастность к нему обви­няемого»5 .

К уликам поведения обвиняемого, по мнению А. И. Винбер-га, Г. М. Миньковского и Р. Д. Рахунова, относятся^ заведомая ложность показаний, фальсификация доказательств; данные, свидетельствующие о знании обвиняемым определенных об­стоятельств расследуемого события; данные о том, что обви­няемый при обыске отказался добровольно выдать отыскивае-Мук» вещь, заявив заведомо ложно, что у него ее нет; данные о том, что обвиняемый преднамеренно уклоняется от явки к сле­дователю или в суд60.

Дополняя и детализируя этот перечень, Г. Н. Мудьюгин на­зывает следующие доказательства поведения: ложь (как в процессе расследования, так и вне его рамок); умолчание о не­выгодном факте, заведомо ложное чеопознание; инсценировки как комплекс искусственно созданных доказательств; уничто-жение или сокрытие вещественных доказательств, докумен­тов, одежды и вещей потерпевшего; меры, принимаемые для непосредственного уклонения от уголовной ответственности (тайный отъезд, изменение фамилии и др.); поступки и выска­зывания, в которых проявляется осведомленность о событии, характере и обстоятельствах преступления и которые могли быть известны лищь лицам, виновным в его совершении6'. Некоторые виды улик поведения называют М. С. Строгович, Б. Н. Коврижных, С. И. Медведев, А. И. Ковалев, А. А Хмыров и другие авторы62.

Улики поведейия играют роль признаков инсценировки, когда связаны с материальными следами инсценировки еди­ным замыслом либо служат средством разоблачения инсцени­ровки. В иных случаях их можно оценить как непосредствен­ные признаки преступления Уликами могут выступать такие действия при расследовании хищений, как приобретение цен­ных вещей, создание крупных вкладов в сберкассах, измене­ние образа жизни и т. п.63.

^ ВОПРОС О МЕТОДЕ РАСКРЫТИЯ И РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Становление криминалистической методики как раздела науки и системы ее рекомендаций следственной практике со-

250

провождаяось исследованием вопроса о том, существует ли, может ли существовать общий метод раскрытия и расследова­ния преступлений, определяющий принципиальные подходы к решению задачи установления истины по уголовным делам не-* зависимо от их разновидностей.

ч Известно, что буржуазная наука пыталась дать положи­тельный ответ на этот вопрос. Г. Гросс утверждал существова­ние смешанного правового и естественнонаучного метода рас­крытия преступлений; Л. Владимиров выдвигал задачу созда­ния действительно научной теории уголовного судопроизводст­ва как метода исследования истины в области уголовного суда. По А. Вейнгарту, научйый метод раскрытия преступлений со­стоит из Двух частей: главного и дополнительного методов. Главный метод преследует; цель выяснения личности виновно-го, дополнительный — определения круга доказательств, ти­пичных для данного вида преступлений64. А. Ничефоро- и Е. А. Аннушат рассматривали метод расследования как при­кладную логику, выведение умозаключений из сформулиро-ванных посылок

Оценивая попытки буржуазных криминалистов сконструи­ровать метод расследования преступлений, И. Н. Якимов пи­сал: «... относительно метода Вейнгарта должно сказать, что он настолько расчленен на мельчайшие составные части, в нем столько отдельных рубрик и классификаций уголовных дока­зательств, что за ними не видна общая конструктивная мысль автора. Метод Ничефоро, в ущерб чисто материальным прие­мам расследования, выдвигает психологию следственного про­цесса, придавая излишне большое значение изучению мотива и цели преступления (логика процесса) и личности преступни­ка (психология процесса). Метод Аннушата явно искусственно упрощен сведением следствия к логическому выведению за­ключения из посылок, взятых из материалов данного уголов­ного дела. Автор сам чувствует, что в частях и целиком след­ственный процесс не может быть сведен к решению кримина­листической проблемы средствами одной только логики (как в беллетристических произведениях Эдгара По), и вводит в него элементы, не поддающиеся предварительному логическому учету (введение в заблуждение и случайность)»65.

Однако, подвергнув критике неудачные попытки предше­ственников, И. Н. Якимов поддался искушению создать свой метод расследования преступления, «который мог бы быть уе-воец как рабочий прием в практике следственных и розыс­кных работников»66. Он назвал его методом расследования преступлений по косвенным доказательствам (уликам) по той схеме, которую мы уже упоминали.

Пожалуй, это была первая и последняя заметная попытка создания универсального метода расследования в советской криминалистике, попытка, отмеченная явной печатью влияния

251

буржуазной криминалистики, от которой молодую советскую науку отделяла еще только намечаемая пунктиром граница. Было бы по меньшей мере несправедливо сейчас упрекать И. Н. Якимова и других пионеров советской криминалистики, что они не смогли в те годы преодолеть этого влияния, и мы не ставили задачи с высоты сегодняшнего дня науки бичевать взгляды полувековой давности. В последующие годы само раз­витие криминалистики показало, что нужно идти другим путем:

Уже В И. Громов, который ввел в науку и практику термин «Методика расследования преступлений», выдвинул тезис о множественности методов расследования Под ними он пони­мал «все те допускаемые законом, выработанные наукой или практикой и проверенные на опыте способы и приемы, кото-рые способствуют достижению практической задачи исследо­вания преступления и обнаружения его виновников», и считал задачей методики расследования/ преступлений «изложение всей совокупности правил о наиболее целесообразном исполь­зовании и применении способов и приемов, которые могут об­легчить работу по расследованию преступлений^ . Позднее он вновь подчеркивал, что «расследование уголовных дел требует от органа расследования известного навыка в маневрировании всеми указанными способами в целях раскрытия существа ис­следуемого преступления, — требует умения выбрать и приме-нить именно те методы, использование которых в данном кон­кретном случае является наиболее целесообразным и может дать наиболее эффективные результаты»68 *•

Формированию взглядов советских криминалистов на про-1 блему методов расследования преступлений существенно спо­собствовали работы Б. М. Шавера, и в частности его статьи «Об основных принципах частной методики расследования преступлений» и «Предмет и метод криминалистики»69 Он сформулировал основные предпосылки решения проблемы, ко-торые заключались в том, что: а) не существует единого мето-да расследования различных преступлений и б) должны быть разработаны некоторые общие принципы, исходя из которых следует решать проблемы частной методики

5 В своей кандидатской диссертации Б М Шавер называет эт'и принципы: 1) освоение опыта расследования анализируе-мой категории дел, включая способы совершения преступле-ний, 2) установление обычного для данной категории дел ме-стоположения следов преступления и методов их обнаруже-ния, исследования и оценки, 3) определение данных, облегчаю­щих установление круга лиц, среди которых мож^е* быть обна­ружен преступник и выявлены свидетели, 4) указание спосо­бов анализа, сопоставления и изучения фактов и событий, пользуясь которыми можно было бы ближе всего подойти к установлению истины; 5) приспособление научный и специаль-

1

ных знаний для расследования данной категории уголовных Дел; 6) приспособление-для тех же целей уже известных прие~ мов и методов криминалистики; 7) определение политической направленности следствия; 8) разработка форм и методов соче-танш$ оперативно-розыскных и следственных действий; 9) оп­ределение процессуальных особенностей проверки и оформле­ния доказательств, которые нужно учитывать при расследовав нии данной категории дел70.

Можно сказать, что в целом эти положения сохранили свое значение, хотя и не все в них сейчас представляется бесспор­ным в той форме, в какой они были сформулированы Б М Шавером Главная их мысль, которую он воспринял у В. И Громова и развил, заключалась в замене идеи метода рас­следования идеей методики расследования «Никаких шаблон­ных методов и способов, которые можно было бы механически применять при расследовании различных дел, нет, — утверж­дали впоследствии С А, Голунский и Б. М Шавер. — Не толь­ко методика расследования отдельных категорий дел, но и ме­тодика расследования каждого конкретного дела отличается целым рядом индивидуальных особенностей». Учет таких осо-бенностёй возможен при следовании правилу: «Идти от мето-да совершения преступления к методу его раскрытия»71.

Это правило, относящееся к разработке частных кримина­листических методик, постепенно стали употреблять и для ха­рактеристики путей установления истины по уголовным де~ 1 лам, т е в смысле метода расследования. «Расследование каж­дого преступления идет от установления и изучения способа совершения преступления к его раскрытию» , — такова ти­пичная формулировка этого метода, хотя само слово «метод» и не употребляется и тем более не говорится вслух об универ­сальном методе расследования. Но тем не'менее смысл приве­денной формулы именно таков, поскольку она носит универ- • сальный характер, и поскольку путь познания истины и есть метод ее постижения

Из числа известных нам авторов лишь один поднял свой го­лос против абсолютизации правила «от метода совершения к методу раскрытия»^при разработке криминалистической мето­дики В 1965 году А. Н Колесниченко писал: «Изучение спосо­бов совершения преступлений является важной предпосылкой разработки научной методики расследования. При этом, одна­ко, следует иметь в виду два положения. Во-первых, методика расследования основывается на обобщениях методов раскры­тия преступлений, изучая которые анализируют и способы со­вершения преступлений, определяющие использование тех или иных приемов и способов следователем. Во-вторыХ, способ совершения преступления необходимо рассматривать как са­мостоятельно» так и в неразрывной связи с другими признака­ми объективной стороны преступления»73

2$&

Еще более категоричен он был при подведение итогов ис­следования общих положений криминалистической методики. «Автор не разделяет мнения о том, что формирование методи­ки идет «от способов совершения преступлений к способу их раскрытия» (С. А. Голунский, Б. М. Шавер). В диссертаций обо-сковывается взгляд, согласно .которому методика расследова­ния разрабатывается, в частности, на основе обобщения мето­дов раскрытия преступлений, для объяснения же использован­ных приемов расследования необходим анализ способов совер­шения преступлений. Изучение передового опыта следствен­ной работы — одна из важнейших задач и в то же время усло­вие развития методики расследования»

bez-vremeni-na-raskachku-krasnaya-zvezda-nail-gafutulin-krasnaya-zvezda-04072008-115-str-13.html
bezakcentnie-platezhi-uchebno-metodicheskoe-kompleks-dlya-studentov-vseh-form-obucheniya-specialnosti-03-05-01-moskva-2009.html
bezborodov-ma-magistrant-konferencii-nauchnaya-konferenciya-professorsko-prepodavatelskogo-sostava-aspirantov-i-soiskatelej.html
bezdolnij-syu-mer-g-azova-orientiri.html
bezdomnogo-ponireva-1000-luchshih-shkolnih-sochinenij.html
bezgramotnij-gramotej-zakon-ob-asimmetrichnosti-zhivoj-materii-nastolko-neziblem-chto-pozvolil-reshit-vopros-o.html
  • lesson.bystrickaya.ru/tvardovskij-a-t-frontovaya-hronika-rasskaz-tankista-a-t-tvardovskogo.html
  • klass.bystrickaya.ru/63tehnicheskoe-obespechenie-uchebnogo-processa-otchet-o-deyatelnosti-kemerovskogo-oblastnogo-centra-nit.html
  • bukva.bystrickaya.ru/podzemnie-inzhenernie-seti.html
  • desk.bystrickaya.ru/ohrana-truda-zhenshin-na-predpriyatiyah-tatarstana-v-konce-1940-h-1960-hgg.html
  • notebook.bystrickaya.ru/i-a-altuhov-kompleksnoe-razvitie-selskogo-i-lesnogo-hozyajstva-monografiya-pod-obsh-red-i-a-altuhova-n-novgorod-izd-vo-vvags-2005-s-4-84.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/primernaya-programma-podgotovki-voditelej-transportnih-sredstv-kategorii-v-moskva.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/vtornik-13-sentyabrya-2011-g-sreda-14-sentyabrya-2011-g-programma-saratov-12-15-sentyabrya-2011-g-nauchnij-sovet.html
  • tasks.bystrickaya.ru/38-razrabotka-proekta-tekstovoj-chasti-proekta-zakona-sankt-peterburga-o-byudzhete-sankt-peterburga-na-ocherednoj-finansovij-god-i-na-planovij-period.html
  • grade.bystrickaya.ru/na-pervij-god-realizacii-programmi-razvitiya-bilo-zaplanirovano-izuchenie.html
  • textbook.bystrickaya.ru/gruppa-detej-rannego-vozrasta-programma-doshkolnogo-obrazovaniya.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/poyasnitelnaya-zapiska-k-voprosu-obosnovaniya-neobhodimosti-razrabotki-proekta-fz-o-standartizacii.html
  • college.bystrickaya.ru/31-obshij-algoritm-rascheta-potrebnosti-v-medicinskoj-pomoshi-programma-razvitie-zdravoohraneniya-zubcovskogo-rajona.html
  • thescience.bystrickaya.ru/igra-umniki-i-umnici-5-klass-po-skazam-p-p-bazhova-celi.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-sedmaya-kniga-xi-apokalipsis-novoj-energii-m-ooo-izdatelstvo-sofiya-2008-416-s-predislovie-kerrolla.html
  • uchit.bystrickaya.ru/tema-17-organizaciya-deyatelnosti-gosudarstvennoj-protivopozharnoj-sluzhbi.html
  • report.bystrickaya.ru/informacionnie-processi-planirovanie-processa-poiska-56-osnovnie-metodi-poiska-v-seti-i-ih-ispolzovanie-59.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sovremennie-kommunikativnie-praktiki-v-prostranstve-rossijsko-kitajskogo-mezhkulturnogo-vzaimodejstviya.html
  • assessments.bystrickaya.ru/byudzhetnaya-politika-v-respublike-belarus-chast-4.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/vii-kapital-i-pribavochnaya-stoimost-proletarii-vseh-stran-soedinyajtes.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uchenie-karen-horni.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/nazemnij-radiolokacionnij-zaproschik-il24.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/polozhenie-o-provedenii-festivalya-narodnih-tradicij-obshie-polozheniya.html
  • gramota.bystrickaya.ru/x-rezultati-vospitaniya-uchashihsya-i-obshaya-harakteristika-obrazovatelnogo-uchrezhdeniya.html
  • doklad.bystrickaya.ru/v-dume-zagovorili-o-smerti-press-sluzhba-frakcii-edinaya-rossiya-gosduma-rf.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/obraz-chackogo-v-gore-ot-uma.html
  • reading.bystrickaya.ru/metodicheskaya-razrabotka-soderzhit-kompleks-uprazhnenij-prednaznachennij-dlya-sovershenstvovaniya-navikov-perevoda-udk-802-0-075-8-stranica-6.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/radi-blizhnego-svoego-etot-i-drugie-voprosi-stali-temoj-obsuzhdenij-uchastnikov-kruglogo-stola-pod-nazvaniem-tverskaya.html
  • znanie.bystrickaya.ru/avtoreferat-obyazatelnie-rubriki-obrazec-trebovaniya-vak-stranica-7.html
  • urok.bystrickaya.ru/programma-disciplini-mezhdunarodnie-rascheti-i-valyutno-kreditnie-otnosheniya-dlya-studentov-4-kursa-ochnoj-formi-obucheniya-po-napravleniyu-menedzhment-fakulteta-vneshnetorgovogo-menedzhmenta.html
  • doklad.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-odobren-i-rekomendovan-k-opublikovaniyu-kafedroj-ekonomiki-protokol-ot-26-yanvarya-2011-goda-5-recenzent-cherednichenko-l-g-doktor-ekonomicheskih-nauk-professor-stranica-5.html
  • notebook.bystrickaya.ru/ispitaniya-elektrodvigatelej-pri-polnoj-smene-vsipnih-obmotok-obem-i-normi.html
  • occupation.bystrickaya.ru/nalog-na-pribil-investicionnij-bank-finam.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/voprosi-k-kandidatskomu-ekzamenu-rabochaya-programma-po-discipline-istoriya-filosofii-naimenovanie-disciplini-po-otrasli.html
  • tests.bystrickaya.ru/kogda-ehal-v-mantuyu-nahoditsya-ona-primerno-v-soroka-milyah-k-vostoku-ot-kremoni-razmishlyal-o-tom-chto-tak-blizko-raspolozhennih-drug-k-drugu-znamenitih-goro-stranica-4.html
  • gramota.bystrickaya.ru/xx-vek-hronika-neobyasnimogo-gipoteza-za-gipotezoj-stranica-4.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.